Искусство древнего Египта

Во славу царей, во славу незыблемых и непостижимых идей, на которых они основывали свое деспотическое правление, создавалось и египетское искусство. Оно мыслилось не как источник эстетического наслаждения, а прежде всего как утверждение в поражающих воображение формах и образах самих этих идей и той власти, которой был наделен фараон. Искусство стало на службу интересам верхушки рабовладельческого государства и его главе, оно было призвано в первую очередь создавать памятники, прославляющие царей и знать рабовладельческой деспотии. Такие произведения уже по самому своему назначению должны были выполняться по определенным правилам, что и способствовало образованию канонов, которые стали тормозом в дальнейшем развитии египетского искусства.

Примером памятника додинастического периода, возвеличивающего фараона, является шиферная плита Нармера, высотой в 64 см, с обеих сторон покрытая рельефными изображениями и краткими иероглифическими надписями, рассказывающими о значительном историческом событии: победе Нармера, царя Верхнего Египта, над Нижним Египтом и объединения долины Нила в единое государство. “Основное значение этого памятника заключается в том, что он является не только своего рода итогом художественного творчества предыдущих периодов, но также наиболее ярким образцом искусства времени первых фараонов в Египте, первым примером так называемого “египетского стиля”  С целью максимальной ясности одна и та же по существу тема повторяется в палетке Нармера несколько раз в разных вариантах. В центре Нармер булавой раздробляет голову вражескому вождю. На оборотной стороне, вверху Нармер в короне Нижнего Египта как победитель направляется к месту, где лежат связанные и обезглавленные военнопленные. Внизу царь в виде быка разбивает рогами зубчатую ограду поселения и топчет копытами поверженного врага.

На примере палетки Нармера видно характерное для этого раннеклассового общества подчеркивание в изобразительном искусстве общественного неравенства – фараон ростом вчетверо больше остальных племенных вождей. Этот принцип повторялся в искусстве Древнего Египта на протяжении десятков лет: в рельефах и росписях фараон традиционно изображался намного выше всех остальных, а статуи фараонов приобретали грандиозные размеры, подавляя зрителя своим величием и мощью (статуи Рамсеса II в Абу-Сiмбеле, колоссы Аменхотепа III в Фивах, статуи царицы Хатшепсут высотой 5 и 8 м из храма в Дейр-эль-Бахри, статуя фараона Хефрена в Гизе и др.). Поражает своей монументальностью сфинкс Хефрена, стоящий перед заупокойным храмом этого фараона.

Этот сфинкс, высеченный в III тыс. до н.э., подавляет своими размерами – высота его составляет 20 м, длина – 57 м. Это самый большой из всех известных нам сфинксов Египта. “Основу его составляет естественная известняковая скала, которая по своей форме напоминала фигуру лежащего льва и была обработана в виде колоссального сфинкса, причем недостававшие части были добавлены из соответственно обтесанных известковых плит. На голове Сфинкса надет царский полосатый платок, на лбу высечен урей – священная змея, которая, по верованиям египтян, охраняет фараонов и богов, под подбородком видна искусственная борода, которую носили египетские цари. Лицо Сфинкса было окрашено в кирпично-красный цвет, полосы платка были синие и красные. Несмотря на гигантские размеры, лицо Сфинкса все же передает основные портретные черты фараона Хафра (Хефрена). В дрвности Сфинкс, колоссальное чудовище с лицом фараона, должен был внушать вместе с пирамидами представление о сверхчеловеческой мощи правителей Египта”.

С целью подчеркнуть могущество и величие фараонов, их божественное происхождение скульпторы Древнего Египта изображали своих правителей идеализированно (за исключением скульпторов, творивших в период Эль-Амарны – в первой половине XIV в до н.э., когда в скульптуре преобладали строго реальные черты). в фигурах фараонов подчеркивалась физическая мощь. “Сохраняя некоторые несомненно портретные черты, авторы отбрасывали второстепенные детали, сообщали лицам бесстрастное выражение, обобщали могучие, величаво-монументальные формы тела”. Яркий пример такого произведения искусства представляет собой статуя фараона Хефрена – властелина IV династии. Она была найдена французским египтологом Мариэттом в заупокойном храме в Гизе, на дне колодца. Образ обоготворенного фараона полон величественного спокойствия: ни один мускул не дрогнет на лице этого сильного и властного человека. Гордо восседает он на своем троне, а Гор-сокол – охранитель царской власти простирает над ним свои крылья. “Композиция построена по принципу симметрического расположения частей тела по бокам от центральной оси, разрезающей всю фигуру. Этим достигается полное равновесие правой и левой частей фигуры, известная условность композиции и торжественность позы. Статуя носит культовый характер, она является по представлению египтян вместилищем духовной сущности покойного. В этом плане трактуется портретный облик царя. Портрет Хефрена вполне реален, но в нем подчеркивается не столько персональное сходство, сколько тип фараона – крупнейшего властелина древневосточной деспотии, отрешенного от повседневной жизни и живущего в веках”.

Прославлению фараонов служили не только рельефы, росписи и статуи, но также и архитектурные произведения. Грандиозные храмы и целые храмовые комплексы воздвигались в честь обожествленных царей Древнего Египта. Одним из лучших образцов культового архитектурного произведения является гробница царицы Хатшепсут, построенная в конце XVI в. до н.э. архитектором Сеншутом в долине Дейр-эль-Бахри. Заупокойный храм посвящен богу Солнца Амону-Ра и родственным ему Хатор и Анубису, но главное божество, в чью славу и память он воздвигнут, – сама царица. Вот почему наиболее разработанные картины и важнейшие надписи посвящены описанию рождения и коронования царицы и самому замечательному из воинских подвигов ее царствования – походу в страну Пунт. “Есть и другие памятники, например, два обелиска и святилище большого храма в Карнаке, надпись в часовне Стаб-эль-Антара, проливающие некоторый свет на славное царствование царицы Хатшепсут, но Дейр-эль-Бахри сделался для нее исключительным местом поминовения жизни и могущества фараона. Свидетельство для нас неоценимое, ибо фараон Дейр-эль-Бахри – женщина. В длинном ряду монархов, 4000 лет правивших двумя египтами, нам еще встретятся женщины, которые управляли самолично, но первой из них по времени была Хатшепсут. Таким образом, помимо своего художественного значения, Дейр-эль-Бахри является богатым источником сведений об одной из любопытнейших личностей царства фараонов” (8) Несмотря на то, что эта великая царица правила Египтом более двадцати лет и оставила по себе нетленные памятники, ее имени нет в официальных списках царей, сохранившихся на плитах Абидоса и Саккара, в туринских папирусах или у Манефонд. Фараоны изгнали эту женщину из хронологических летописей, и поэтому все надписи, относящиеся к ее царствованию, раздроблены.

Египтяне считали своих царей подлинными сыновьями Солнца по прямой линии. Чтобы сохранить чистоту солнечной крови и избежать неравных браков, сыновья и дочери фараонов, братья и сестры женились между собой. Теория солнечной родословной очень древняя, но впервые нашла свое историческое применение во времена V династии, когда цари приняли титул “сына Солнца”, сохранившийся с тех пор навсегда. Хатшепсут была первым фараоном, который повелел изобразить на стенах храма перипетии своего рождения. Ей было выгодно дать вещественные доказательства своего божественного происхождения. Барельефы рождения напоминали египтянам, что из царской семьи одна Хатшепсут имела право занимать престол в качестве прямого потомка Амона-Ра. Чтобы удостоверить свою законность, она заставила запечателть на стенах второй террасы Дейр-эль-Бахри сцены телесного соединения бога Амона-Ра с ее матерью, царицей Яхмес. Другие барельефы Дейр-эль-Бахри представляют сцены, где готовятся, а затем происходят роды царицы.

Таким образом, культ фараона, достигший своего апогея в эпоху Древнего Царства – время зенита в развитии централизованной деспотии и наибольшей идеализации власти правителя, стал в Египте государственной религией и нашел свое воплощение в искусстве, оказав влияние в первую очередь на сюжетный круг художественных произведений: скульптурные портреты фараонов, живописные и рельефные изображения сцен из жизни их чемей и, конечно, пирамиды и храмы, воздвигавшиеся в честь единовластных правителей государства, имели преобладающее значение в древнеегипетском искусстве.

Проанализировав памятники художественного творчества, дошедшие до нас из далекой эпохи древнеегипетской цивилизации, можно совершенно точно определить две основные темы в искусстве Египта в период примерно с IV тысячелетия до н.э. до 332 г. до н.э. Это тема власти и тема смерти. Власть фараона над порогом Египта, превосходство египетского государства над соседними племенами и царствами со временем утверждалась все крепче. Но как сочетать это с самым страшным, что ожидает человека, – со смертью? “Такое невиданное могущество, такая власть, и вдруг все это уничтожается...”Ни в одной другой цивилизации протест против смерти не нашел столь яркого, конкретного и законченного выражения, как в Египте. Этот дерзкий и упрямый протест вдохновлял Египет в течение нескольких тысячелетий. “Раз удалось создать на земле такую, все себе подчинившую мощь, неужели нельзя ее увековечить, т.е. продолжить за порогом смерти? ведь природа обновляется ежегодно, ведь Нил, – а Египет, как писал Геродот, это “дар Нила”, – разливаясь, обогащает своим илом окрестные земли, рождает на них жизнь и благоденствие, а когда уходит обратно, наступает засуха: но и это не смерть, ибо затем – и так каждый год – Нил разливается снова!”

И вот в Египте рождается вероучение, согласно которому умершего ждет Воскресение. Фараон – божественное существо и держатель высшей власти – по окончании своей миссии на Земле должен был вернуться к богам, среди которых он пребывал до рождения. Гробница, по верованиям египтян, должна была стать “домом вечности” фараона. Могущественные самодержцы принуждали многотысячные армии работников тяжко трудиться на них из года в год – высекать гранитные блоки в каменоломнях, доставлять их к месту строительства, поднимать и укладывать с помощью самой примитивной техники – и так до тех пор, пока гробница не будет готова принять тело повелителя. “Ни один другой народ, ни один царь не решался на такие затраты и на такие труды ради возведения надгробного памятника. Но в глазах фараонов и их подданных пирамиды имели важное практическое значение. По-видимому, предполагалось, что возносящиеся к небесам пирамиды помогут им совершить восхождение к богам”.





Дополнительно


Copyright © 2010-2019 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.