Заметки о Москве. Часть 3

Другие отзывы автора
  • Смоленск дважды
  • Новый год в Карелии
  • Суперэкономпутешествие на Кавказ через Таганрог. Ч. 3. Северный Кавказ
Все отзывы

Содержание:Часть 1·Часть 2·Часть 3·

Сады и парки Москвы.

Есть в Третьяковке такой научный сотрудник, дядечка Перцев. Очень умные его лекции, слушать их интересно, а вот записать или пересказать практически невозможно. Среди прочих он читает абонемент «Сады как воплощение земного рая» или с каким-то похожим названием. Казалось бы, где тут наворотить философии? Оказывается, это вполне возможно. В XVIII веке сады понимались целостно, символически, как поэмы, как оркестры.

Сейчас мы умеем воспринимать их только эстетически. Или задумывался кто-нибудь, в чем разница между парком и садом? Об этом можно прочесть целую лекцию, а в конце резюмировать, что в принципе это одно и то же. Но дело не в этом, а в том, чтобы посмотреть на сад несколько шире, чем на место, где что-то растет. Тема садов особенно близка мне: в юности мы с несколькими подругами отработали два года в Главном ботаническом саду.

Мы были прикомандированы к фондовой оранжерее, работали в отделе тропической флоры. Впрочем, "работали" - это громко сказано: за два года моего там пребывания мы если и тратили энергию, то на разнообразные хулиганские выходки. Рабочий день наш проходил примерно так.

С утра мы с одной из сестер по оружию по заданию начальства рисовали дацзыбао на опоздавших и явившихся без пропуска, еще одна наша подруга бросала в воду камешки и смотрела на круги, ими образуемые, или же сачком ловила рыбку в мутной воде, другая читала латиноамериканские газеты, и только одна девушка из нашей компании добросовестно работала: шила сачки или подметала опавшие листья.

Где-то через час вынималась колода карт и начинался матч на звание дурака. У меня сохранился фотоснимок, на котором я сижу с целой колодой карт на руках и на предложение: "Сдавайся, все равно ты проиграла" имею наглость отвечать: "Это мы еще посмотрим". На лето из отдела тропической флоры, где и зимой-то было жарко, мы перемещались в дендрологию, или, попросту говоря, в лес.

Помню, мы обрезали километры и тонны японской айвы – что, вследствие особой колючести этого растения, надо было рассматривать как наказание, а также окапывали кусты, убирали опавшие листья, а главным образом устраивали стычки с прозелитами, которые в то время (а может быть, и сейчас там сидят) оккупировали для своих нужд кинотеатр «Рига». Но и это за много лет почти забылось. Нет, я бывала, конечно, в Ботаническом саду, например во время зимних походов, когда выбираться за город становилось затруднительно, но о своем садоводческом прошлом не вспоминала до недавнего времени, пока прошлым летом мы с подругой Олей не поехали посмотреть водные сады Марченко, что в районе поселка Клязьма.

Приехали - а они закрыты из-за недавно прошедшего урагана. И снаружи ничего не увидишь - сады окружены высоким сплошным бетонным забором. Только одну маленькую дырку нашли, в которую увидели в одном маленьком водоеме одну маленькую кувшинку. Точно так же в этот день оказались закрыты находящиеся поблизости усадьбу Любимовка и Спасскую церковь в Клязьме. Вышли на платформу ни с чем, да еще попали в перерыв в электричках.

И тут у нас родилась мысль - а не пойти ли нам в Ботанический сад МГУ! Экскурсии в Ботаническом саду на Воробьевых горах бывают обзорные и тематические. Тематические экскурсии вообще-то изначально рассчитывались на специалистов или хотя бы садоводов-любителей. Оказалось, однако, основная публика вроде нас - ходит любоваться и восхищаться. Мы в тот раз попали на тематическую - в серенгарий (тоже с трудом – бегом догоняли группу). К сожалению, из-за слишком жаркой погоды сирень уже почти отцвела.

Тем не менее в саду нам понравилось, и мы стали посещать его довольно часто. Весна начинается с экскурсий к певчим птичкам - мы их пропустили. В следующий же раз мы попали на экскурсию по ирисам. Это был праздник! Сортов их существует, кажется, около трехсот, и каждый год выводят несколько десятков новых. У ириса нет красного пигмента, поэтому есть ирисы бордовые, оранжевые, жухловато-красные, но до сих пор никому не удалось получить ирис чисто-красного цвета.

Зато остальные цвета поражают яркостью и разнообразием: синие, желтые, белые, сиреневые, есть даже почти черные; а также все мыслимые сочетания в одном цветке. Есть еще дикий вид - ирис бородатый - он небольшой, голубовато-сиреневого цвета. В это же время года проводятся экскурсии по пионам. Мы на них не попали, но успели насмотреться на пионы во время других визитов в сад. Почти все лето и до глубокой осени в саду цветут розы. Но тут разразилась страшная жара и дымка, и в наших прогулках на Воробьевы горы настал большой перерыв.

Не довелось нам в тот год попасть на выставку флоксов, гладиолусов и сходить на экскурсию-дегустацию в плодовый сад. И вот наконец погода улучшилась, и мы вырвались на обзорную экскурсию. Самое чудесное, что там показывают, - это альпинарий. Удивительно, как на таком маленьком пространстве удалось втиснуть столько всего интересного: и европейская зона, и дальневосточная, и американская, и водный уголок. Розоватый цветочек внизу - это неопалимая купина: если ее поджечь, воздух вокруг нее, пропитанный эфирными маслами, в самом деле вспыхнет, а сам куст не сгорит.

Слева, над синим цветочком, нависает париковое дерево, названное так за необычные побеги. Чуть поодаль растет пробковый дуб. И весьма романтичный пруд с водными растениями под искусственной скалой. В следующий раз мы попали сюда уже в октябре. Все цвело. Нет, правда - кое-что по второму разу, а некоторые растения, как, например, безвременник, зацветают только поздней осенью. Краснели кусты бересклета, белел снежноягодник, доцветали последние кувшинки в пруду, и, наоборот, только входили в полную силу розовые, сиреневые, фиолетовые астрочки и желтые цветочки курильского чая.

Листья деревьев радовали нас всей гаммой от бледно-желтого до темно-лилового. С середины октября сад, к сожалению, закрывается. И вот, бросив все дела, в последний его рабочий день мы побежали на экскурсию в дендрарий. Мы, признаться, думали, что дендрарий - это небольшой участок леса, который показывали на обзорной экскурсии, только теперь нас познакомят с ним более подробно. Оказалось, что это очень обширная территория (даже непонятно, как она там вмещается), и чего на ней только не растет.

Первое, что мы увидели интересного, - нечто с непонятными листьями, то ли дуб, то ли клен. Оказалось - дуб черешчатый. У него и желуди есть - круглые! Показывали нам еще маньчжурский и грецкий орех, канадский клен, разные можжевельники. Оказывается, березы существует много разновидностей - береза бумажная, береза железная и еще какая-то. Все, от мала до велика, собирали шишки, орехи и прочий мусор. Елку показывали с повисшими ветвями - говорят, вывести такое невозможно, к этому привела болезнь дерева, но получилось интересно.

Рядом сосна, тоже чем-то знаменитая, но я уже не помню. Одно только - погода была уже позднеосенняя, солнце скрылось, да и замерзли мы изрядно. Чувствовалось, что кончаются сколько-нибудь теплые дни, цветам и деревьям спать пора. Есть, однако, в Москве и еще один сад, который открыт круглый год. Это Аптекарский огород – древнейший ботанический сад города, заложенный еще Алексеем Михалычем.

Сотрудники с гордостью показывают расколотую надвое молнией лиственницу – они не утверждают, что посадил ее сам Петр I, но наверняка кто-то из его сподвижников. В саду две оранжереи – субтропическая и пальмовая, куда круглый год водят экскурсии; там цветут магнолии и азалии, а особенно симпатична, на мой взгляд, коллекция кактусов. А зимой там организуют фестиваль орхидей. Это чудо! У входа в оранжерею – пруд с золотыми рыбками.

Особенно они красивы осенью, плавая в золотых листьях. Главная жемчужина сада – сакура. Весной, когда приезжаешь сюда специально ею полюбоваться, начинаешь понимать японцев. А ведь там еще коллекция рододендронов. И разноцветные яблони. И огромная, в три этажа, черемуха. До меня, правда, дошел слух, что сакура погибла. Но японцы подарили нам еще три сакуры, из которых две прижились. Никто, правда, не знает, как именно они будут цвести – сакуры же бывают разные. Ну что ж, время покажет.

А кроме этого, в Москву со всех сторон зелеными клиньями врываются многочисленные лесопарки: Лосиный Остров, Битцевский, Измайловский, Кузьминский, Филевский… Битцевский находится в двадцати минутах ходьбы от моего дома. Наглые белки хватают из рук угощение, не им предназначенное. Синички тоже готовы склевывать прямо с ладони. Цветут до глубокой осени цветы, растут грибы, поют птички, негромко журчат реки и речушки. Зимой очень даже есть где разогнаться на лыжах, а деревья покрыты инеем. Пожалуй, единственное по-настоящему приятное место в нашем Зюзине. Знаете, как-то я нашла использованный кем-то проездной на метро.

Там стояли даты и время прохода. В течение месяца – код одной и той же станции и одно и то же, плюс-минус две минуты, время прохода утром, другая станция и другое, но тоже одинаковое (непозднее, надо заметить) время вечером, и больше ничего. То есть работа – дом – работа – дом, и все. Это как покупает человек дорогую технику, ну, фотоаппарат, например, за 30 тысяч, с массой возможностей, отличной оптикой, кучей дополнительных функций, а снимать будет только на авторежиме и то первое время, пока не надоест.

Ему бы купить мыльницу за 3 тысячи, разницы он все равно не почувствует, но это будет не круто. Так и в Москве сколько жителей? Десять миллионов? Двадцать? Для большинства из них Москва только элемент престижа, «крутизны», в лучшем случае – возможность заработать чуть больше денег, им совершенно ни к чему то, что может дать наш древний, красивый, интереснейший город. Люди! Пользуйтесь тем прекрасным и разнообразным миром, в котором живете.

У меня на столе лежит довольно старая книга – фотоальбом «Москва», изданный в хрущевские времена и презентованный моему отцу, еще молодому, еще капитан-лейтенанту, «за усердие в службе, добросовестное выполнение своего воинского долга и умелые действия на учении». Где он тогда служил – в Находке? В Артеме? Во Владивостоке? Не знаю, это было задолго до моего рождения. Но несомненно, он скучал по Москве, где родились несколько поколений его предков.

Книжка трогательная в своей идеологической направленности. И в своей неумелой полиграфии. И Москва в ней трогательная. Кварталы типа Черемушек подаются как московские достопримечательности. Мало машин. Мало людей, в основном они просто одеты, и лица у них не такие озабоченные. Я сначала хотела сделать что-то подобное, но на современном фотоматериале. Потом поняла – нет, моя Москва другая.

Она – значительная часть моей жизни, и работы, и досуга, и семейной истории. Поэтому и вплетаются в мой рассказ и детско-юношеские воспоминания, и конспекты лекций и экскурсий, и мои студенческие работы, и выкладки из моих искусствоведческих исследований, и просто размышления по ходу дела. И как бы ни сложилась дальнейшая жизнь, Москва всегда будет частью меня. Может быть, самой значительной
Опубликовано: 24 Января 2011





Дополнительно


Copyright © 2010-2017 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.