Бородино, Верея - Места Русской Славы. Ч.2

Другие отзывы автора
  • Госпожа Северное Сияние - Финляндия. Хельсинки ч.5
  • Госпожа Северное Сияние - Финляндия. Хельсинки ч.4
  • Госпожа Северное Сияние - Финляндия. Хельсинки ч.3
Все отзывыКак доехать до Бородино (и Вереи).

Я уже писала, что есть два заезда в Верею.

Один – поворот с М1 (Минское шоссе) за памятником-самолётом. Вы долго едете и въезжаете в Можайск по Московской улице.

Второй – следущий поворот после памятника-самолёта через 10-15км. Въезд в Можайск (от М1 – 4км) по Коммунистической улице.

Пересечение этих улиц и есть центральный перекрёсток со светофором. Мы ехали по первому варианту, поэтому на этом перекрёстке прямо для нас – Бородино, налево - Верея. (По второму варианту: налево – Бородино, обратно через Минку – Верея (от М1 ~18км). Есть указатель, но его можно не заметить и проскочить.

Село Бородино находится ~ в 12 км от Можайска. А Бородинское поле, вернее, поля, начинаются почти сразу за городом. Оно огромное, его площадь – 50 кв. километров или ~ квадрат со сторонами 7х7км. Дорога отличная. Уже при подъезде к селу Бородино на поле, тянущемся вдоль дороги, вы увидите разные памятники героям Отечественной войны 1812 года, можно остановиться и подойти к ним.

Памятников очень много и каждый поставлен в честь отдельной воинской части, сражавшейся здесь - гренадерам, лейб-гвардейцам, пехоте, казакам, егерям, гусарам, кавалеристам, кирасирам, артиллеристам….

Музей и главный памятник на батарее Раевского – находятся через реку Колочь. В самом селе будет развилка – надо повернуть налево на небольшой мост (указателей как всегда дефицит).

Рядом с музеем большая парковка, кафе, WC, сувенирные палатки. Путеводитель сообщает, что «сам исторический ландшафт, полевые укрепления, воинские захоронения двух Отечественных войн, обелиски, колонны, часовни в честь героев Бородина находится под охраной государства». Это важно и приятно.Бородино.Это мирное поле - БородиноЧто для нас сейчас значит слово «Бородино»? Ну, ээ, это Отечественная война 1812 года, Наполеон, Кутузов – школьные учебники прочно уложили эти глубокие знания в наши головы. Что ещё? Ну, ээ, Багратион, и как его там – Барклай ээ де Толли. А, ещё Денис Давыдов, как же, как же. За это спасибо уже эльдаррязановской «Гусарской балладе», а также Льву Толстому, отдельное спасибо, что «Войну и мир» написал, можно вспомнить оттуда и удачно блеснуть эрудицией. Плюс лермонтовское «Скажи-ка дядя».

Ну, а что ещё? Всё.

И это так странно, что мы, русские, настолько не уважаем свою же русскую историю. Каким-то непостижимым образом память об этой великой войне и великой победе, об её героях - и особо не вкладывается (помимо школьных уроков истории) в нашу память, и особо не поддерживается. Что-то не припомню я общенационального Праздника для страны, связанного с этим событием.

Почему-то в нашу жизнь искусственно внедряются какие-то веселушные западные гулянки, или скалькированные оттуда же пустые праздники типа дней конституций. Чего боимся, интересно? Интереса к русской монархии? Ведь однозначно всплывёт в новом свете уже плотно загнанного под шаблон «дурака» имя императора Александра I. А также перед глазами появятся прекрасные русские аристократические фамилии – Горчаковы, Нарышкины, Раевские, Ермоловы, Кутайсовы, Тучковы, Оленины, Татищевы, Воронцовы и др.

А так ведь при лишнем то интересе, в людях может возникнуть искренняя гордость и уважение к своей истории, а это сейчас вредно и вообще никому не нужно, и так удачно и мощно забивается непрерывными потоком тв и сми развлекушками и криминальными сводками, посыпается сверху чипсами, поливается пивом. Гуляй народ. Забудь ты про это Бородино, на тебе в шоколаде, забей ты на это поле, упёрлось оно тебе, сядь, позырь, поржи, расслабься перед теликом. Какое нафик поле?

А поле, надо сказать, дивно красивое Настолько красивое, мирное, спокойное, зелёное, обрамленноё волнующимися на ветру берёзками, чуть ли не до земли развесившими свои тонкие пышные ветки. Солнце светит. Небо голубое. Трава-мурава. Соловьи поют. Черёмуха цветёт, лесные яблони цветут, одуванчики рассыпаны и подмигивают солнышку. И тишина…

Поле не объять глазами. И памятники везде по всему полю виднеются. И там, и тут, и здесь, и вон там на горизонте. Сколько же их?

34 памятника.

«Война решена в уме Наполеона, он теперь считает ее необходимой для достижения власти, которой ищет, цели, к которой стремятся все его усилия, т. е. обладания Европою. Мысль о мировладельчестве так льстило его самолюбию и до такой степени занимает его, что никакие уступки, никакая сговорчивость с нашей стороны не могут уже отсрочить великой борьбы, долженствующей решить участь не одной России, но и всей твердой земли» (из донесения полковника Чернышева императору Александру I).

Отечественная война началась началась в ночь на 12 июня (24 июня) 1812 года.

Летом. Тогда «техника» была такая – лошади, артиллерийские повозки с пушками – что грамотно было биться тогда, когда позволяют погодные условия.

Наполеон Бонапарт и его 600-тысячная Великая Армия пересекли границу Российской Империи – переплыли реку Неман и заняли российский город Ковно (Каунас, Литва). Французский император уже покорил всю Европу – Италию, Неаполь, Австрию, Баварию, Виртембергию, Саксонию, Вестфалию, Пруссию, Голландию, Испанию, Португалию, Польшу, Швейцарию, Германский союз. До покорения мира осталось совсем немного – Россия и дальше всё остальное.

Русская армия оказалась неподготовленной к сражению – французы слишком быстро наступали, и у них было подавляющее численное превосходство (почти в 3 раза больше), да к тому же мощный военный опыт – и поэтому Русские войска, ведя бои, отходили вглубь страны. Но отступали для того, чтобы, выиграть время, собрать все силы, выбрать место, повернуться лицом к врагу и ответить. Но отступали. И буквально за каких-то два месяца Наполеон был уже в ~120 км от Москвы. Время давать русский ответ французам настало.

7 сентября у деревни Бородино, где сосредоточились 1я (генерал Михаил Богданович Барклай де Толли) и 2я (генерал Петр Иванович Багратион) Армии, отходившие от Смоленска, главнокомандующий армией генерал Михаил Илларионович Кутузов после осмотра позиции решил дать генеральное сражение.

Французы: Наполеон Бонапарт, маршалы и генералы Даву, Ней, Мюрат, Компан, Дессе, Монбрен, братья Коленкур, Жюно, вице-король Е. Богарне, Нансути, Понятовский, Дельзон, Бонами и др. ~ 132 тысяч человек (все – кадровые солдаты), 624 орудий*.

Русские: Михаил Кутузов, генералы и офицеры Багратион, Барклай де Толли, Тучков 1й и 4й, Ермолов, Воронцов, Неверовский, Горчаков, Раевский, Дохтуров, Коновицын, Остерман-Толстой, Лихачёв, Платов и др. ~ 135 тысяч человек (вкл. 21тыс. новобранцев и 7тыс. казаков т. е. иррегулярной конницы), 587 орудий* (данные везде разные).

Утро начинающегося дня над Бородинским поле было солнечным.

«Это солнце Аустерлица!» - воскликнул Наполеон.

А над Кутузовым, осматривающим полки в день перед сражением, внезапно появился орёл и долго парил над ним. Тогда же Кутузов приказал отслужить молебен иконе Божией Матери Смоленской или Одигитрии – Указующей Путь. Трудно переоценить значение этого решения Кутузова – отслужить молебен на Бородинском поле. Ведь «… Молитва для русского есть уже половина победы».

«Вот они!.. Несут, идут… Вот они… Из-под-горы от Бородина поднималось церковное шествие… - Матушку несут! Заступницу!.. Иверскую!.. – Смоленскую матушку, - поправил другой… Это была икона, вывезенная из Смоленска и с того времени возимая за армией… «Яко вси по Бозе к Тебе прибегаем, яко нерушимой стене и предстательству»…

«Ребята, сегодня придётся вам защищать землю родную, надо служить верою и правдою до последней капли крови …я надеюсь на вас, Бог нам да поможет!».

«[/I]Стотысячная армия падала на колени и припадала челом к земле. Везде творилось крестное знамение, по местам слышались рыдания. Главнокомандующий, окруженный штабом, встретил икону и поклонился ей до земли…» - и в этот момент Кутузов присягнул перед иконой не отступать с Бородинских позиций ни на шаг.

А с Шевардинского редута, захваченного в предыдущий день французами, на эту малопонятную процессию задумчиво смотрел Наполеон….

Курганная высота (т. н. батарея Раевского), дер. Шевардино (т. н. Шевардинский редут), дер. Семёновская (т. н. Багратионовы флеши), Утицкий курган.

Батарея Раевского – центр Русской армии, располагалась на Курганной высоте, на высоком месте/люнете для 18 орудий, которые обстреливали большую площадь.

Редут – сомкнутое прямоугольное, многоугольное или круглое (Шевардинский – 5угольный) полевое укрепление с наружным рвом и бруствером (насыпью). Это была вторая огневая точка после батареи Раевского (12 орудий);

Флеши - фр. «стрела», или земляные укрепления в форме тупого угла.

Волчьи ямы – рыли против вражеской кавалерии, глубиной – 2м, на дне торчали колья.

«За Веру, Царя и Отечество!».

И не было видно солнца, и нежного неба, и зелёной травы-муравы – это было поле крови. Ядра – разрывали на куски, картечь – отрывала части тела, сабли – рубили, штыки – кололи.

«Битва началась на рассвете… Со всех сторон раздавалась канонада. Туман, заволакивающий ещё в то время равнину, скрывал сильные надвигающиеся вперёд неприятельские колонны. Они шли беглым шагом с барабанным боем… Огонь был убийственный…».

«Пальба, радостные восклицания победителей, часто повторяемые «ура», стенания раненых, вопли умирающих, ржание коней, крики командования и отчаяния на девяти разных европейских языках произносимые: все сие смешиваясь, придавало ужасной сей картине действие, которое ни одно перо изобразить не в силах…».

«Тучков закричал полку своему: «Ребята, вперёд!» Полк дрогнул. «Вы дрогнули! – вскричал он, - я один пойду». Схватил знамя, полетел, и в нескольких шагах роковая картечь поразила его в грудь…».

Бородинское сражение началось с рассветом и закончилось в сумерки.

Русские войска на Бородинском поле сделали невозможное, показали немыслимую доблесть, силу духа, беспримерную храбрость, исключительное мужество. Бородино – это не совсем победа, но и не поражение. Русские отступили с честью – чтобы вернее победить. Это было стратегическое отступление. Да – отдали Москву, но – сохранили армию и возможность продолжать борьбу.

Оба противника оценивали результат битвы как победу.

Наполеон (из письма к жене): «Из всех моих сражений самое ужасное то, которое я дал под Москвой. Французы в нём показали себя достойными одержать победу, а русские стяжали право быть непобедимыми... Московская битва — моё самое великое сражение: это схватка гигантов. Русские были побеждены!».

Кутузов (из донесения императору): «Баталия была самая кровопролитнейшая из всех тех, которые в новейших временах известны. Место баталии нами одержано совершенно, и неприятель ретировался тогда в ту позицию, в которой пришел нас атаковать. … [/I]Французская армия, будучи в превосходнейших силах, не превозмогла твердость духа российского солдата, жертвовавшего с бодростию жизнию за свое Отечество. Сей день пребудет вечным памятником мужества и отличной храбрости российских воинов…».

И каждый был прав по своему.

Через 25 лет в 1837 году на месте нахождения батареи Раевского был торжественно заложен памятник. Это была 28-метровая 8-гранная тёмная чугунная колонна, увенчанная золотой чешуйчатой главкой с крестом. На каждой из граней золотые надписи:

«Благодарное Отечество положившим живот на поле чести. Русских генералов убито 3, ранено 12, воинов убито до 15 000, ранено 30000».

«Отступили с честью, чтобы победить. Вторгнулось в Россию 554000 человек, возвратилось 79000».

«Умерли за Отечество полководцы: Багратион, Тучков 1-ый, Тучков 4-й, граф Кутайсов. Всем прочим слава!».

«Москва занята неприятелем 2 сентября 1812 года, Александр I вступил в Париж 19 марта 1814 года».

Открытие памятника было чрезвычайно торжественным. На нём присутствовал Николай I, прошло парадом 150 тысяч войск, был произведён салют из 792 выстрелов. Интересно, что Николай I сам лично контролировал и утверждал план установки памятников героям войны 1812 года (по всей Российской Империи!).

Через 100 лет после сражения в 1912 году каждый полк собрал деньги по подписке и поставил памятник своим однополчанам, воинским частям, принимавшим участие в битве. На Бородинском поле сейчас 34 памятника Памяти и Славы. И каждый венчают орлы.

На Бородинском поле «французская армия расшиблась о русскую», - сказал генерал Еромолов.

Нам очень повезло с погодой – хоть и ранняя весна, но погода редкая - +18, всё цветёт, нежно-зелёная листва, трава, шелковые белые облака на нежно-голубом небе, ослепительное солнце. От чистоты и яркости красок у меня даже заболели глаза, а солнечные очки взять не догадалась. К главному памятнику на батарее Раевского – той самой чугунной колонне с золотой маковкой, о которой писала выше – от дороги ведёт очень красивая аллея, окаймлённая роскошными вольными плакучими берёзами.

У его подножия, сзади, так, чтобы было видно всё Бородинское поле – покоится «Генерал от инфантерии князь П. И. Багратион, командовавший второй западной армией. Ранен в сражении под Бородиным 26 августа 1812 года (7 сентября по н. с.). Скончался от ран 12 сентября 1812 года на 47-м году от рождения».

Сам монументальный памятник, как и место захоронения князя Багратиона – восстановлены в 1987г. Что же такого можно сделать с памятником и склепом, чтобы их восстанавливать? Ответ простой – памятник отдали на переплавку, а склеп разграбили. Это произошло в 1932г.

Стоя на возвышении у колонны-памятника, хорошо видно окрестности, и везде, в разных местах стоят другие памятники, поменьше размерами. До них можно (и нужно) дойти. Кроме того, на поле оставлены оборонные укрепления Отечественной войны 1941-45гг. – ДОТы и окопы, укреплённые бревнами. Муж даже спрыгнул в один окоп и пролез внутрь блиндажа, а потом долго удивлялся, что всегда думал – «ДОТ» название самостоятельное, а оказывается это аббревиатура от «Дальней Огневой Точки».

Напротив главного монумента через дорогу находится Музей «Бородино». Перед ним на небольшой площади стоят в два ряда трофейные пушки и три бюста: Кутузову, Багратиону и Барклаю де Толли. Из экспозиции музея особенно запомнилась объёмная воссозданная в миниатюре экспозиция Бородинского сражения, портреты героев сражения, и форма русских военных того времени – кивера с султанами вверх, белые рейтузы, лосины из лосиной кожи, гусарские и уланские мундиры (легкая кавалерия), кирасирские и драгунские мундиры (тяжелая кавалерия).

В бой шли, как на парад – вся одежда создавала ощущение достоинства. Идти на смерть за родное отечество было делом чести каждого человека….

Интересно, что император Александр I скромно носил звание полковника, а более высокие звания носили лишь те, кто непосредственно принимали участие в боевых действиях. Фельдмаршал Кутузов был первым полным Георгиевским Кавалером.

Сайт музея:

Схема расположения всех памятников:

Описания и замечательные фотографии всех памятников, флешей, редута, музея и др.: #202.

Интересно, что музеем организуются феерические праздники-реконструкции Бородинской битвы. Это удивительное зрелище, и сюда в Бородино специально приезжает масса людей, чтобы посмотреть. Откуда только узнают – ведь ни рекламы особой не видно, да и проводятся энтузиастами.- «День Бородина» (первое воскресенье Сентября, костюмированная реконструкция битвы);

- «День Победы» (9 Мая);

- «Стойкий оловянный солдатик» (последние выходные Мая, детский праздник);

- «Москва за нами 1941 год» (в Октябре).Спасо-Бородинский женский монастырь в селе Семёновском. Багратионовы флеши.Бронзовые орлы над русскими орламиПосле Музея мы поехали в деревню Семёновское в Спасо-Бородинский женский монастырь, это ~ в 3км от Бородино, и маковки его виднелись вдалеке.

Ну, что мы ожидали увидеть?

Ну, монастырь, наверное, интересный.

Я что-то там читала про Маргариту Тучкову, которая построила церковь на том месте, где в Бородинском сражении погиб её муж - командир Ревельского полка Александр Тучков.

Но… оказалось, что увиденное нами будет одним из самых сильных и ярких впечатлений, полученных в этом путешествии.

Начнём с того, что место, где находится монастырь – это всё тоже Бородинское поле. Сражение ведь шло на большой площади. Эта часть поля сейчас – ровная, красивая, бархатная, умиротворяющая, зелёная. Сам монастырь очень красиво смотрится при подъезде к нему издалека. Рядом с ним на обочине вдоль дороги находится внушительная колонна – большой памятник «Благодарная Россия своим защитникам».

Возведён на пожертвования от 16 русских городов, чьи гербы можно увидеть на памятнике, а сама колонна состоит из нескольких ярусов орудийных стволов. Венчает её – Георгий Победоносец в лавровом венке. Установлен в 1912, разрушен в 1920, восстановлен в 1995.

Мы подъезжаем к монастырю, паркуемся и идём к Багратионовым флешам. Они совсем рядом. Сейчас – это солнечный зелёный луг, с сохранившимися валами от укреплений, окаймленный лесом и могучими дубами, весь усыпанный памятниками.

Мы обходим их почти все, площадь луга не так уж велика в этом месте. Пробираемся даже через булькающее под ногами болотце, перепрыгиваем с кочки на кочку, чтобы добраться до удалённых памятников, которые стоят вдоль кромки леса.

Удивительная картинка – на этом зелёном травяном жизнерадостно-трагичном пространстве невдалеке от памятников-стелл пасётся белая лошадь. Ветерок запутался в её белоснежной гриве и хвосте, она машет головой, играется, грациозно перемещается, жует весенние первоцветы.

Белое животное с развевающейся гривой на фоне зелёной природы, и солнца, и неба, и памятников героям, и монастырских стен.

Картина была бы, наверное, обычной, но мы не могли оторвать от неё глаз.

Как будто символ какой-то на таком месте – знак чистоты, свободы и силы.

Здесь ведь проходили самые ожесточенные и кровавые схватки. Здесь героически легла почти вся пехота под командованием генерала Неверовского. Почти полностью погибла гренадерская дивизия под командованием генерала Воронцова. Насмерть бились с французами кавалеристы (генерал Сиверс), кирасиры (генерал Дука), гренадеры (герцог Мекленбург-Шверинский/ранен, полковник Кантакузен/убит), пехотинцы (генерал Коновицын).

По этому полю-лугу бродила молодая утончённая дворянка Тучкова (Нарышкина) в поисках хоть клочка мундира от своего горячо любимого обожаемого мужа. Никого, ничего она не нашла. Тут лежали тысячи солдат…

Но через четыре года она напишет императору Александру I: «Потеряв обожаемого супруга на поле чести, я не имела даже утешения найти останки его. …. Ни в чём другом отрады не нахожу, как в предприятии соорудить храм на священном для меня месте, где пал супруг мой».

Царь разрешил, пожаловал 10 тысяч, она сторговала землю, и с помощью одного можайского купца-мецената заложила в 1818 церковь во имя Христа Спасителя или Спасскую. На том самом месте – внутри средней Багратионовой флеши, которое отметил ей на карте генерал Коновицын, где картечью в грудь был сражен её муж генерал Тучков.

Мы зашли на территорию монастыря – она достаточно большая, окружённая квадратом краснокирпичных стен (напоминают каре – боевой порядок войск, существовавший в 19в.) – под колокольный звон. Внутри есть пруд и множество цветов (сразу чувствуются женские руки). Мы постояли, послушали перезвон колоколов. Посмотрели героические барельефы на стенах.

Зашли в большой фигурный краснокирпичный храм с зелёными литыми маковками – собор во имя Владимирской иконы Божией Матери. Внутри очень красиво пели несколько монахинь, народу кроме нас почти никого. Вышли. Рядом с собором контрастирующая с его краснотой – белая высокая колокольня. Слева за собором – увидели небольшой светло-желтый классический особнячок с колоннами, перед которым установлена стелла с венчающим её орлом и два памятника по бокам. Мы сразу поняли, что это и есть Спасский храм.

Вменяемые и совсем не грандиозные размеры позволяют предположить, что его и строила Маргарита Тучкова. Внутри в иконостасе был (есть?) образ Спаса Нерукотворного – полковая икона, принадлежавшая Ревельскому полку и переданная с общего согласия генералом Тучковым на хранение своей жене и сыну во время войны 1812 года. Также внутри находится символическое захоронение Александра Тучкова – это место отмечено белым мраморным крестом. Спасский храм - стал их родовой усыпальницей.

Так сложилось, что Маргарита поселилась рядом с этим храмом – в маленьком деревянном домике перед ним. Рядом с мужем и сыном.

Молитвы и заботы о неимущих и отвергнутых заполнили её сердце. Сюда, к ней – «доброй барыне» стали приходить самые разные женщины и потихоньку начал строиться монастырь. Спасская община в 1833 была официально утверждена Спасским женским общежитием. Дворянка Маргарита стала игуменьей Марией.

В домик, де жила матушка Мария сейчас можно попасть, его восстановили и превратили в музей. Но мы немного опоздали, он (а также Спасский храм, и музей) работает до 16.30.

Спасо-Бородинский монастырь – это грустное место, хотя печаль здесь торжественная. Все сёстры-монахини здесь всегда молятся о воинах, убиенных в 1812. Местные жители говоят, что часто видят здесь странные картины: «Полки воинов один за другим возникают неизвестно откуда, идут стройно в уединённую обитель, входят в храм, проходят во святой алтарь, потом скрываются неизвестно куда».

План монастыря:

За оградой монастыря есть ещё две интересных «достопримечательности», если можно так сказать.

Это деревянная часовня местночтимой святой старицы Рахиль Бородинской (Мария Короткова). Ещё девочкой купеческая дочка из Смоленской области знала свой путь. В 14 лет в Киево-Печерской Лавре она непостижимым образом получила благословение от святого старца Феодосия Печерского. Она была в разных монастырях, странствовала пешком и босиком, пока в 39 лет не оказалась здесь в Спасо-Бородинской обители.

Была неутомимой труженицей, очень доброй, абсолютно бескорыстной. Готовила – изумительно, даже Николай II с семьёй восторгались и просили её напечь в дорогу печенья. В лес пойдет – всегда почти в любой сезон набирала полным-полно грибов, помогала всем, кто к ней обращался, молилась усердно, везде и постоянно, всегда держала строжайший пост, клала иногда до трех тысяч поклонов, в тонких снах видела и общалась с Пресвятой Богородицей и преподобным Феодосием. В 90 лет приняла подвиг старчества – стала принимать людей.

Говорила так: «я уже без отказа всех принимаю, да утешаю, да угощаю – так целый день на народе и бываю». Приходили к старице люди с проблемами, печалями, тяжелым сердцем - выходили от нее утешенными, обновленными, переродившимися духовно. Маленькая, худенькая, слепая на один глаз «старушка», как она сама себя называла, была удивительно бодра и неутомима, обладала прекрасной памятью, и могла найти общий язык с любым посетителем.

«А как близок Бог к каждому из нас, дорогие мои! Нам только нужно опомниться, только из глубины души вздохнуть, направить сердце свое ко Господу, подобно тому, как мы ставим призму к солнцу, и Он тотчас же будет с нами, отразится в нас, ведь Он стоит у дверей нашего сердца и стучит в них. Открой же сердце своё Господу!».

«Надо молиться, и горячо молиться за всех, особенно за тех, кто с вами во вражде. Знайте, дорогие мои, что молитва за врагов смягчает их сердца и часто они становятся даже друзьями».

Старица иногда рисовала на бумаге круг с исходящими лучами и говорила: «Смотрите, как лучи далеки друг от друга, но чем ближе они к кругу, тем ближе становятся и друг к другу. Круг – это Бог, а лучи – это пути, по которым люди идут к Нему. Когда люди ближе подходят к Богу? – Тогда, когда они любовнее, милосерднее относятся к ближним своим».

В последний же год своей жизни Преподобная Старица говорила, что воины за молитвы о них в святой обители получают небесное спасение и видела, что отмоленные души воинов заполнили весь монастырь. Она их часто видела во сне - воинов, погибших здесь на Бородинском поле в 1812, в белых одеяниях с венцами на головах.

Часовенка преподобной матушки Рахили Бородинской находится прямо перед монастырем в тени ветвистых дубов. Пречистая Богородица в одном из её тонких снов сказала ей: «Все твои прошения о людях будут Мною исполняться. Я Сама буду благословлять тобою благословляемых».

И памятная доска, на здании монастырской гостиницы, с барельефом Льва Толстого, который здесь останавливался с племянником Степаном Берсом. Во время работы над романом «Война и мир» Толстой приезжал на Бородинское поле, ходил, смотрел, размышлял, впитывал, чертил планы сражения. Потом он писал жене: «Я очень доволен, очень – своей поездкой… Только бы дал Бог здоровья и спокойствия, а я напишу такое Бородинское сражение, которого ещё не было».Верея.Верея. Памятник генералу Ивану ДороховуНачну с дороги. Повторюсь на всякий случай (см. главу «Как доехать до Бородино (и Вереи)») – в самом Можайске на центральном перекрёстке со светофором ул. Московской с ул. Коммунистической, у памятника Солдату, есть поворот на Верею. И через 18км вы будете уже в этом городке.

А мы перемудрили и добирались до неё каким-то неправильным путём, выехали из Можайска уже знакомой нам дорогой, на М1 развернулись в сторону Москвы, потом повернули по указателю на Верею, долго куда-то мчались – в общем, накрутили лишних километров 50. У нас в стране какой-то странный перекос с указателями: где они нужны – там их нет, где они второстепенны и только путают – там пожалуйста, не жалко.

В общем, не прошло и часа, как мы наконец-то подъехали к Верее и, когда, утомлённые солнцем и дорогой, высадились на Торговой площади около 6 часов вечера, то наше первое впечатление было несколько разочарованным. В глазах появились вопросительные знаки – из-за чего уж такого мы сюда ехали? Но на самом деле в этом городе присутствует ненавязчивое очарование.

От Торговой площади мы двинулись в направлении виднеющейся высокой колокольни Рождественского собора. Рядом с церковными воротами, по ходу движения заметили ступеньки на высокий холм и поднялись. Здесь – на самом высоком месте города на каменном утёсе расположен памятник Ивану Семёновичу Дорохову – генерал-лейтенанту, гусару и просто герою 1812 года.

Дорохов (1762-1815, 53 года) – туляк. Потомственный военный, закончил Инженерный Кадетский корпус, ученик Суворова, который отмечал, что юный офицер Дорохов: «ревностен к службе, проворен и неустрашим». Военные действия в Польше, Праге, Восточной Пруссии. В 41 год – уже генерал-майор и шеф Изюмского гусарского полка. Война 1812 года застала его полк на границе полностью отрезанным от основной армии Барклая де Толли.

Но Дорохов, просто виртуозно маневрируя, где надо – отстреливаясь, где-надо – втихомолку, избегая столкновения с французами, сумел сохранить своих кавалеристов почти полностью целыми и невредимыми и соединиться с русской армией. До Бородино – почти ежедневно участвовал в схватках с французами. Во время Бородинского сражения, контратакуя, сумел отразить французскую конницу от Багратионовых флешей (помните, дер. Семёновское). Потом (уже генерал-лейтенант) участвовал в боях за Малоярославец.

Потом - возглавил партизанское движение. Одно имя «Доу-рроу-хофф» вызывало у французов дикую панику. Он их доставал чуть ли не ежечасно – захватывал обозы, взрывал боезапасы, разбивал полки, утаскивал пленных. В общем – достал так, что стал чуть ли не личным врагом Наполеона, который специально против него выслал отряды французской военной элиты – отборный батальон вестфальцев. Что вы думаете? Хитрый Дорохов опять хитроумно уклонился – зачем ему неравный бой?, а французы – только потеряли время и отвлекли силы.

Реванш Иван Семёныч взял здесь, в Верее. Город был захвачен французами. Но – 8/29 сентября 1812 года, на рассвете – бесшумные русские солдаты тихо и красиво за полчаса штурмовали и взяли город. Трофеи - 400 рядовых, 15 офицеров, комендант гарнизона, знамя, 500 ружей и запасы муки. Кутузову герой Дорохов отрапортовал не по-гусарски лаконично: «По предписанию Вашей светлости город Верея взят сего числа штурмом». Награда – золотая шпага, украшенная алмазами с надписью «За освобождение Вереи». И – наша с вами признательность – т. е. память потомков.

Памятник Дорохову – очень необычный, впечатляет, запоминается. А рядом с памятником местные потомки густо тусуются на городских скамейках, булькают пивом и самозабвенно ругаются матом, вернее, на нём разговаривают.

Рождественский собор был закрыт. Сейчас он сильно не то чтобы разрушен, а очень неухожен. Работы кое-какие ведутся, но пока ещё не очень внятно. Читали, что форма собора напоминает храм Василия Блаженного. Так ли это – трудно разобрать из-за крайней степени неоштукатуренности, да и вообще собор был перестроен в стиле барокко. (Насколько мы поняли, собор примыкает сзади к высоченной колокольне).

Все двери уже закрыты, мы приехали поздновато. Вообще-то это очень древнее место – здесь был Верейский Кремль (сер.16в., при князе Владимире Старицком) и Городище. Памятную каменную доску, которая свидетельствует об этом и укреплённую где-то на стенах собора – мы не увидели. Здесь и нашёл свой последний приют отважный гусар, герой, храбрец – Иван Дорохов.

Он не оправился от ран и заранее написал такое письмо в Верею: «Если вы слышали о генерале Дорохове, который освободил ваш город от врага отечества нашего, почтенные соотчичи, я ожидаю от вас за это в воздаяние дать мне три аршина земли для вечного моего успокоения при той церкви, где я взял штурмом укрепление неприятеля, разбив его наголову. За что дети мои будут благодарны». (Посмотреть, почитать: ).

Поскольку и Рождественский собор с Колокольней, и памятник Дорохову находятся на высоком, заросшем деревьями холме, то отсюда открывается очень красивая панорама Вереи – виднеются маковки других церквей, домишки, речка. Мы сбежали по крутому склону к Протве. Красивое место, очень живописное.

Узенький тоненький мостик, внизу чистая река, рыбы плавают – мелькают их серебристые спинки, шевелятся космы буро-зелёных водорослей. Если бы ещё молодежь на вечернем променаде, облепившая все близлежащие скамейки, потише и пожиже бы ругалась – картинку можно было бы назвать идиллистической. Но этот «нах-них» («на х.. фиг – ни х.. фига»), как выразился муж, сильно напрягал.Молочное послесловие.Раз уж начала с молока, надо на молочной ноте и закончить. Какое же оно было вкусное – можайское молоко! Самое интересное – я попыталась найти информацию в интернете по истории, особенностям производства можайского молока – ничего нету. Ничего. Вся сеть заполнена статьями по конфронтации молочных производителей.

Ситуация такая же как и с вологодским маслом. Вроде город Можайск один; завод стерилизованного молока «Можайский», который традиционно всегда выпускал и выпускает можайское молоко и законно имеет все права на владение этой прославленной торговой маркой тоже один, а молоко под маркой «можайское» разливают направо и налево все кому не лень.

Топленое стерилизованное «Можайское молоко» - это натуральное молоко, кремовый цвет и неповторимый вкус которого достигнуты путем топления, а не добавления сои, красителей, ароматизаторов, стабилизаторов и прочих синтетических добавок.

Настоящее «Можайское молоко» производит только Завод Стерилизованного Молока «Можайский» в городе Можайске. Вот заводской сайт: , он хоть пока на реконструкции, но на нём можно посмотреть, как выглядит этикетка настоящего можайского молока. Товарный знак завода – шестилепестковый цветок, а лепестки – собранные горлышками друг к другу молочные бутылки, ведь «Можайское молоко» разливается только в стеклянную прозрачную тару.

Мы очень довольны поездкой. Сколько же интересного, оказывается можно увидеть недалеко от Москвы.!:)

(с) - здесь размещены полные версии наших рассказов и фото
Опубликовано: 31 Мая 2010





Дополнительно


Copyright © 2010-2017 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.