Хельсинки: сдержанное обаяние северной столицы

Хельсинки не сильно похож на хрестоматийную европейскую столицу. Его трудно назвать величавым, он скорее скромен и невелик, хотя вместе с пригородами и городами-спутниками все-таки достигает по числу жителей миллионной отметки.

Главный город Финляндии не слишком стар. Его иног­да упрекают в отсутствии оригинальности, а потому туристы, как правило, задерживаются здесь всего на пару дней и направляются в гораздо более древний Турку, в полярную Лапландию или на пароме в Стокгольм. А зря, поскольку Хельсинки обладает пусть и неброским, но совершенно неотразимым, а главное, неповторимым обаянием, что бы там ни говорили о недостатке оригинальности. Обаятелен он прежде всего благодаря чисто финской сдержанности, финской изысканной скромности и финскому безупречному вкусу.

Для того чтобы почувствовать обаяние Хельсинки, надо проявить немного больше любопытства и отрешиться от совершенно безосновательного высокомерия. Последнее осталось у части россиян рудиментом сознания, напоминающим о временах, когда Великое княжество Финляндское входило в состав Российской империи, или о так называемой линии Паасикиви — Кекконена, при которой Финляндия вынуждена была играть роль сателлита СССР на международной арене.

Хотя от исторических воспоминаний никуда не денешься, особенно гуляя по Сенатской площади и окружающим ее кварталам, которые выстроены в стиле русского неоклассицизма. Стало уже общим местом сравнение этого района финской столицы с городом на Неве. И действительно, очень похоже на Санкт-Петербург. Разве что на тротуарах нет намека на мусор или грязь — везде чисто, словно после дождичка.

Финляндия шведская
В юго-восточном углу Сенатской площади стоит самое старое каменное здание Хельсинки — особняк шведского купца Иоганна Седерхольма. Шведский дом в "русском Хельсинки" — напоминание сразу о двух периодах в непростой истории Финляндии: 600-летнем шведском господстве (с XIII по XIX век) и Великом княжестве Финляндском в составе Российской империи (1809–1917).

Подобно немецким рыцарям в Прибалтике когда-то шведские рыцари с благословения Рима двинулись огнем и мечом насаждать христианство среди языческих финских племен. Страна была завоевана, крещена и подчинена шведской короне. Как и в Прибалтике, где немцы, германизировав местную племенную верхушку, стали помещиками и горожанами, а эсты и латыши — крепостными крестьянами, в Финляндии шведские рыцари, слившись с финской родовой знатью, образовали местное шведскоязычное дворянство. Население городов составили в основном колонисты из Швеции, а крестьянство осталось преимущественно финским. Только вот крепостного права в Финляндии (как и в Швеции) никогда не было. Кроме того, в составе Швеции Финляндия обладала широкой автономией, считаясь равноправной частью королевства.

Хельсинки (под шведским именем Гельсингфорс) основан по указу короля Швеции Густава Вазы в 1550 году. Однако оказалось, что место выбрано неудачно — гавань слишком мелкая. Тогда город перенесли в район нынешней Рыночной площади (Кауппатори), но здесь он стал неудобным для захода кораблей и не приносил дохода. Лишь в 1640 году порт передвинули на пять километров южнее, прямо на берег Балтики. И вот тут поселение принялось было расти, но Великий голод, Великая чума и Северная война оставили от него лишь руины, на которых влачили жалкое существование всего 150 жителей. Спасением стало строительство на островах близ Гельсингфорса крепости Свеаборг, давшей начало новому городу.

Без малого 600-летнее пребывание Финляндии в составе шведского королевства оказало огромное влияние на формирование финской культуры и образа жизни. Хотя в современной Финляндии шведы составляют немногим более шести процентов населения, шведский является вторым государственным языком. А всего каких-то 150 лет назад он был единственным официальным. И долгие годы едва ли не основным содержанием политической жизни Финляндии была полемика между партиями свекоманов и фенноманов. Первые, в основном шведскоязычные дворяне и горожане, утверждали, что только шведский может быть языком национальной культуры, а вовсе не мужицкий финский. Фенноманы же, главным образом выходцы из крестьянства, отстаивали язык подавляющего большинства населения.

Отголосками той давней истории, кстати, можно считать своеобразное отношение части финнов к туристам из Швеции. В целом оно хорошее и доброжелательное, ведь между двумя соседними народами слишком тесные культурные, религиозные (лютеранство), хозяйственные и просто семейные связи. Только вот некоторые шведы жаловались мне, что при разговоре с ними финны часто делают вид, что не понимают по-шведски, предпочитая английский. Хотя явно понимают, они же его в школе учат в обязательном порядке. Правда, все больше финских школьников откровенно манкируют уроками шведского, фактически отказываясь его изучать. Видимо, это месть за те времена, когда многие шведы надменно считали финнов деревенщиной. Сейчас шведам перед финнами кичиться нечем: Финляндия догнала Швецию по уровню жизни, и туда мигрируют не бедные финские гастарбайтеры, а финские инвестиционные капиталы.

Финляндия русская
Русское правление в Финляндии началось с клятвенного обещания Александра I финляндскому сейму в Борго хранить коренные законы страны "в нерушимой их силе и действии".

Финляндия, безусловно, была самой свободной, самой привилегированной национальной окраиной Российской империи, однако клятвенное обещание Александра I, мягко говоря, не всегда выполняли. Сейм не созывали более полувека. Позже, при Николае I, и вовсе запретили печатать на финском языке какие-либо книги, кроме религиозных и сельскохозяйственных. Правление Александра II, во время которого начался самый настоящий подъем экономики и расцвет финской национальной культуры (в 1863 году он вновь созвал сейм, сделал финский государственным языком и даровал Финляндии конституцию, причем одну из самых либеральных в тогдашней Европе), на рубеже XIX–ХХ веков сменилось произволом, доходившим до принудительной русификации. Дело закончилось убийством в 1904 году генерал-губернатора Бобрикова и кровопролитиями 1905–1906 годов. А во время Первой мировой войны тысячи финнов бежали в Германию, где вступали в формируемые немцами егерские части. В 1920–1930 годах город сильно вырос за счет новых жилых кварталов. Широкую известность приобрел, например, "город-сад" Тапиола. Во время "зимней войны" 1939–1940 годов Хельсинки жестоко бомбила советская авиация. Бомбили город и в 1944 году. После войны столица Финляндии начала бурно развиваться, превратившись в важный европейский торгово-финансовый и промышленный центр.

Белая столица Севера
Хельсинки в первую очередь приморский город. Дыхание Балтики чувствуется здесь повсюду, морские волны бьются о мосты и набережные бульваров, создавая естественные бухты и неожиданные гавани. Лишь зимой море успокаивается, превращаясь в бесконечное белое пространство, где катаются на лыжах и выгуливают собак. Сам город делится на две части: историческую западную и современную восточную, — соединенные единственной линией метрополитена. Общественный транспорт представлен трамваями (в центре и прилегающих к нему кварталах), автобусами и паромной линией Кауппатори­Суоменлинна.

В центре господствует белокаменный комплекс Сенатской площади. Архитектору Энгелю удивительным образом удалось привязать к изрезанной холмами и скалами местности гармоничный и цельный ансамбль, подобный тем, что возводили на невских равнинах русские мастера. "Белая столица Севера" — так Гельсингфорс называли в XIX столетии.

Доминанта Сенатской площади — построенный на вершине холма лютеранский кафедральный собор (прежде православный Никольский собор). Пять его зеленоватых куполов, многочисленные коринфские колонны и статуи на крыше производят впечатление. Внутреннее убранство по-лютерански скромное. Помимо алтаря и органа интерьер украшают лишь статуи Лютера, Меланхтона и Михаила Агриколы — жившего в XVI веке епископа Або, который заложил основы финской письменности и первым перевел на язык Суоми Библию.

Слева от собора — белоколонное здание Финляндского императорского сената, сейчас — Государственный совет Финляндии. Там работает правительство страны. Над центральным входом здания расположено роскошное помещение в стиле ампир — Тронный зал (в настоящее время — Президентский зал), где глава государства подписывает присланные из парламента законы. Справа от собора — основной корпус университета и считающаяся одной из наиболее красивых работ Энгеля университетская библиотека. Ее внутреннее убранство представляет собой серию блестящих шедевров финской архитектуры интерьеров. Еще одно здание ансамбля — тот самый Дом Седерхольма, где сейчас находится музей купеческого быта XVIII века.

Наконец, в самом центре площади стоит бронзовый памятник Александру II на постаменте из красного гранита, созданный в 1894 году Вальтером Рунебергом. Недалеко от Сенатской площади расположен район Катаянокка, изначально бывший мысом, далеко выступающим в море. Позже тут прорыли канал, который превратил Катаянокку в остров, соединенный с городом несколькими мостами. Здесь построен православный Успенский собор, резко выделяющийся среди хельсинкских зданий. Богато украшенные, скрытые в сумраке своды опираются на четыре гигантские колонны. Поражает здесь и большой иконостас.

Рядом с Сенатской площадью расположено официальное здание, выполненное в неоклассической манере. До 1917 года там размещалась императорская резиденция, а сейчас это Президентский дворец. Если глава страны "дома", то на крыше развевается государственный флаг. За чугунной решеткой — пост гвардейцев в парадных белых касках, портупеях и крагах. Торжественную смену караула у Президентского дворца можно наблюдать с соседней Рыночной площади. Тут есть еще один памятник, связанный с Россией. Это стела императрицы — выполненный по эскизам Энгеля обелиск с позолоченным двуглавым орлом.

Кауппатори, наверное, самое оживленное место в Хельсинки. Круглый год тут торгуют всякой всячиной, всегда толчется народ. К тому же рядом находятся причалы, откуда отправляются в Швецию паромы Silja Line и Viking Line и отходят на остров Суоменлинна катера. В июле Рыночная площадь становится клубничной ярмаркой, поскольку июль в Финляндии — клубничный месяц. Огромные сладкие ягоды, которые вроде бы не должны расти в северной стране, становятся лакомством для всех. А в середине октября тут проходит Праздник салаки — веселый фестиваль рыбных блюд и, понятное дело, пива.

Культурный досуг: будни и праздники
Если немного отойти от Рыночной площади и двинуться от моря вглубь города, попадешь на площадь Раутатиентори, где стоят еще два архитектурных символа Хельсинки: здание Национального театра, построенное в романтическом стиле югенд, и железнодорожный вокзал, украшенный каменными гигантами со светильниками в руках. А вот это здание (архитектор Элиель Сааринен) считается самым известным в мире произведением финской архитектуры.

Не менее важная достопримечательность — прямо напротив вокзала находится пивная Mr. Pickwick Club. Чрезвычайно симпатичное заведение, где под вкуснейшие рыбные закуски подают, в частности, весьма недурное темное пиво Koff. Но самое интересное, что в Пиквикском клубе кипит жизнь привокзального пространства, в любой стране отражающего наиболее выпуклые ее особенности. А на привокзальном пространстве Хельсинки можно опять же заметить что-то крайне похожее и одновременно непохожее на нашу жизнь.

Так, еще с утра по площади начинают шнырять финские алкаши (как известно, проблема алкоголизма Финляндии очень даже не чужда). Шныряют они в отличие от наших не по трое, а по двое, время от времени заскакивая в Пиквикский клуб. Вид у них, правда, более ухоженный, чем у их российских "коллег", — аккуратные курточки и кепочки. А выражение испитых, но чисто выбритых лиц примерно такое же — тоскливая утренняя жажда, рожденная жаждой вчерашней. И поведение похожее — бочком пробираются к барменше и начинают что-то интимно-жалобно канючить. Понятно без перевода — просят похмелиться в долг. Ответ финской Нинки или тети Мани тоже ясен без перевода: "Иди отсюда, алкаш проклятый! Ты со мной еще за прошлое не расплатился!" Разве что звучат эти слова не так визгливо и грубо, скорее беспощадно флегматично. И алкаши уходят со столь знакомой нам безнадежностью в согбенных спинах. Да, человечество все же едино и неделимо.

Оптимистичный, можно сказать, жизнеутверждающий вариант финского пьянства можно наблюдать каждый уик-энд, особенно летом. Недаром финны шутят, что пятница — их главный национальный праздник. Хельсинкцы целыми семьями и компаниями устремляются в парк "Эспланада", или "Эспа", начинающийся от Торговой площади, и далее в парковую зону Тееленлахти на берегу залива. Часть людей оседает в семейном ресторане Happy Days ("Счастливые денечки") с его террасами, переполненными развеселыми любителями пива, другая всасывается рестораном "Капели" с кружевными окнами и затейливой крышей с башенкой. Но основная масса рассаживается прямо на берегу и начинает там, попросту говоря, энергично бухать. Разумеется, все пристойно, аккуратно, явного безобразия не видно, много расторопных уборщиков, полиции и машин скорой помощи. Кому нужно, тех учтиво проводят и сажают — в общем, встречают "как человеков". Но когда людская масса поздним вечером движется в обратном направлении, такое впечатление, что здорово поддал весь город.

Вообще-то парк "Эспа", одно из самых красивых мест города, заслуживает отдельного разговора. Все тот же Энгель придал ему ту изысканную элегантность, которая сделала его не только местом отдыха, но и яркой городской достопримечательностью. Здесь стоит еще один символ города — фонтан "Хавис Аманда" ("Морская нимфа") с бронзовой скульптурой обнаженной девушки. Манта, как зовут ее финны, стала словно хозяйкой центра Хельсинки, игривой и чувственной. В 1930-х годах появилась традиция на студенческий праздник Ваппа (1 мая) надевать на голову Манты корпорантскую фуражку и всячески буйствовать. А еще "Эспланада" — это проходящая вдоль парка самая оживленная торговая улица города, где расположены ­крупнейшие универмаги.

Главная представительская улица Хельсинки — проспект Маннергейма (Mannerheimintie). Именно здесь стоит конная статуя самого значительного деятеля финской истории, маршала Финляндии и президента республики Карла-Густава Маннергейма. На этой же улице находится величественное здание парламента, Дворец конгрессов "Финляндия" (Finlandia Talo), а относительно недалеко от проспекта — ошеломительный памятник великому Сибелиусу, спаянный из множества бронзовых труб в единую огромную скульптуру. Невозможно не упомянуть также знаменитую церковь в скале на Соборной площади (Temppelinaukio) — настоящее архитектурное чудо в стиле модернизма.

Хельсинки богат достопримечательностями не только на суше, но и на море. У побережья финской столицы разбросаны сотни островов. На островах Суоменлинна (в переводе "Финский замок") стоит знаменитая крепость Свеаборг, где сейчас "квартируют" академия ВМС Финляндии, четыре музея и художественный центр стран Северной Европы. На острове Коркеасаари "дислоцируется" великолепный зоопарк, а на Сеурасаари можно познакомиться с традиционной деревянной архитектурой. На Иванов день (Иван Купала) здесь устраивают гулянья и жгут костры.

Туристов также обязательно отправят в аквапарк (он же горнолыжный центр) "Серена Ски", расположенный в получасе езды от Хельсинки. В мире не так много мест, где можно после спуска с горы на лыжах пойти плескаться в джакузи и кувыркаться на водных аттракционах.

И разумеется, в Хельсинки нет недостатка в ресторанах с великолепной финской кухней, изобилующей молочными и особенно рыбными блюдами. Копченая треска, булочки с креветками, специально приготовленный лосось, маринованная форель, жаренная на углях селедка, лосось в сливочном масле из духовки и десятки других блюд из пресноводной и морской рыбы — все это может свести с ума… Написал и подумал: как же все-таки тяжело сохранять в Хельсинки сдержанность!

Туризм и отдых

Дополнительно


Copyright © 2010-2017 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.