Жизнь каменоломень Домодедовского района

11.10.2009

Жизнь каменоломень Домодедовского района

Люди, которые предпочитают солнечным лучам тусклый свет фонаря, называют себя спелестологами; чаще всего \"командировка\" занимает не дольше 3 дней, но особо отчаянные гуляют неделями по подземным галереям - благо места много

Сотни километров подземных ходов. Это не римские катакомбы и не горные пещеры. В заброшенных каменоломнях Домодедовского района Московской области круглые сутки кипит своя незаметная сверху жизнь. Люди, которые предпочитают солнечным лучам тусклый свет фонаря, называют себя спелестологами.

Наши проводники заранее попросили: не афишировать место входа в каменоломни. Такая реклама может привлечь много дилетантов, которых потом придется эвакуировать из подземелья.

- Здесь не бывает смертных случаев. Максимум - какая-нибудь сломанная рука, у астматиков проблемы бывают.

К тому месту, которое принято считать \"парадной\", еще надо добраться - к нему ведет узкий лаз. Это первое, что должно остановить людей со стороны. В маленьком гроте расположилась служба безопасности - обычная тетрадка и несколько карандашей.

Иван Государев, спелестолог:

- В журнале записывается каждый, кто приходит в систему. Записывается, каким образом: ставится сегодняшнее число, месяц, год необязательно. Ник и вот такой вот значечек, этот знак означает, что ты залез. При выброске ставится дата, время и такой же значок, только со стрелочкой вверх.

Если стрелочка вверх долго не появляется - это сигнал к началу поисков. Чаще всего \"командировка\" в систему занимает не дольше 3 дней. Но особо отчаянные гуляют неделями по подземным галереям - благо места много.

Иван Чистяков, спелестолог:

- Если сравнивать системы, в которых велась промышленная добыча камня, то есть мы берем большие системы, то самой большой считается не по Московской области, а уже дальше - Бякинская система. Она составляет - 168 км только изведанных ходов.

В этой каменоломне масштабы поменьше - всего 12 километров штреков, откуда белый камень для Москвы добывали еще в XVII веке.

Иван Государев, спелестолог:

- То, что мы сейчас видим - это называется \"гробы\". Названы они так по своей форме. А, по сути - это куски невывезенного товарного камня.

С тех времен кое-где остались рельсы, шпалы и полусгнившие деревянные подпорки. Высота потолка в каменоломне - в лучшем случае 1,5 метра. Полное ощущение, что эти штреки пробивали не люди, а гномы.

Тут в некоторых местах можно только на животе пробраться. Непонятно, как в XVII веке здесь работали люди. Без света - только при свечах. Но работали же.

Сегодня, когда выработка не ведется уже лет двести, вокруг этих подземных царств возникла целая субкультура. Здесь встречаются, обмениваются новостями, проводят время, организовывают субботники, обустраивают стоянки, проводят отпуска. Их хлебом не корми - дай только залезть поглубже.

Иван Государев, спелестолог:

- Те, кто ходит в искусственные пещеры, называются спелестологи. И есть такая наука непризнанная - называется спелистика. Как правило, люди занимаются всем комплексно. Они ходят вместе с техногенщиками во бункерам, по заводам, вместе с диггерами в канализацию, вместе со спеликами в пещеры и вместе со спелеологами - в настоящие, природные пещеры. Хотя друг дружку очень не любят. Но, тем не менее, если что случается - все приходят на выручку.

Для них лучше пещеры может быть только пещера, в которую еще не залезал. Наши проводники по подземному царству - два Ивана - пробираясь через завалы Подмосковья, обсуждали только свою будущую поездку в глубокие и запутанные пещеры Абхазии. И создается полное впечатление, что они готовы полностью променять солнечный свет на узкие и низкие тоннели. // ТВЦ



Дополнительно


Copyright © 2010-2017 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.