Возвращение Беринга

08.2.2006

Возвращение Беринга

Люди такой счастливой судьбы, как Ростислав Маслов-Беринг, - редкость. Потомок того самого Витуса Беринга, он исколесил полмира и сменил 23 профессии. На днях Ростиславу Диодоровичу исполнилось 92 года. Это история о счастливом человеке и о двух важных вещах, которые он наследовал от своего предка-первооткрывателя.

Две экспедиции на остров

Первая вещь, которую Ростислав Диодорович получил от Беринга-старшего, - ржавый гвоздь. Эта история началась с того, что город Петропавловск-Камчатский решил торжественно отпраздновать свое 250-летие. Поселение было основано Берингом во время его второй экспедиции 1741 года. Разумеется, пригласить потомков командора было делом чести. Вот только где их искать?

Помогло чудо. Поначалу камчатские музейные работники прознали о некоем Александре Маслове-Беринге, который в то время уже трудился на заводе в Кривом Роге. Произошло это случайно. Задолго до юбилея Петропавловска-Камчатского про Александра написали статью в местной криворожской газете. Мол, вот потомок какого замечательного человека трудится в нашем городе. Любопытную информацию подхватила Комсомольская правда. Музейные работники радостно ахнули и стали звонить Александру в далекий Кривой Рог: так и так, приезжайте на праздник!

Александр обрадовался. Но один ехать не захотел. Потому что по линии Беринга были и более важные потомки - например, его отец Ростислав Диодорович, живущий в Риге. Музейщики обрадовались еще больше и стали ждать сразу двоих знатных гостей.

Путешествие в прошлое

- Так и вышло, что в 1991 году я первый раз побывал на Камчатке, - говорит Ростислав Диодорович и показывает семейный альбом. Здесь сохранились удивительные цветные фотографии. Напечатаны они самим Масловым-Берингом. Вот он на берегу острова Беринга. А вот - у символической могилы предка.

- На остров нас доставили на маленьком самолете, - говорит он. - Оттуда на место раскопок привезли на военном бэтээре. Могила оказалась довольно далеко от символического места поклонения. Как рассказали ученые, командор Витус Беринг был единственным из погибших, для кого матросы смогли сколотить деревянный гроб.

Потомкам первооткрывателя на острове Беринга радовались все. А особенно археологи. Один на глазах у Ростислава Диодоровича выудил из ямы горсть старинных гвоздей: "Держите!"

Вот так и получилось, что Беринг-старший как будто передал своему потомку в шестом колене маленькое наследство - гвоздь от своего бота. Пролежав 250 лет в земле, этот гвоздь порядком проржавел, но до сих пор смотрится героем. Он многое повидал. И многое символизирует. В первую очередь это напоминание о том, что человек в любых обстоятельствах должен быть крепок духом. Но об этом немного позже.

Прощаясь, археологи горячо приглашали рижанина приезжать на будущий год. На острове планировалось перезахоронение останков членов экспедиции Беринга. Ученые как в воду глядели! В 1992 году Ростислав Диодорович вновь прибыл на эти берега и участвовал в торжественной церемонии.

- Испытали особые чувства?

- Сложно сказать. На этот раз мы плыли к острову Беринга на корабле. Качка стояла страшная. Сын и другие гости с трудом поднимались с постели и не могли ничего кушать. А мне - хоть бы что! Наверное, сказалось родство с мореплавателем, - шутит Ростислав Диодорович.

Он вообще шутник. И неисправимый любитель путешествий. И мастер на все руки. Но вряд ли нужно перечислять его занятия и таланты, ведь Ростислав Маслов-Беринг сменил 23 профессии: от ссыльного-шахтера до учителя немецкого языка. Построил дом. Вырастил двоих сыновей. Сегодня он имеет право на воспоминания и делает это с радостью.

Бороться и искать

Теперь о крепости духа. В деле Витуса Беринга без этого было никак. Мореплаватель, он еще перед Второй камчатской экспедицией подозревал, что империя не отблагодарит его за открытия. Незадолго до отплытия командора лишили прибавки к жалованию. Он расстроился. Но приказ Петра Первого найти пролив между Азией и Америкой не давал ему покоя. Беринг забыл о жаловании и отправился в путь.

Результаты экспедиции были ошеломляющими. Было доказано существование пролива между Азией и Америкой, разведан морской путь с Камчатки в Японию, открыты Алеутские и Командорские острова. А сам Витус Беринг умер от голода и цинги. Это случилось во время зимовки, когда судно "Св. Петр" потерпело крушение возле нынешнего острова Беринга.

Выжившие моряки построили из обломков корабля новое судно и с трудом добрались до Петропавловска. Они везли с собой результаты исследований - бесчисленные карты и описания новых земель. Ученые оценили открытия экспедиции. А об умершем Беринге забыли. Вернее, забыли о его супруге и детях, которые окончили дни в бедности. Зато о потомках первооткрывателя позаботилось Провидение. За подвиги предка оно наградило всех Берингов одним важным качеством: не сдаваться и находить выход из любого тупика. Это и есть вторая вещь, которую Ростислав Диодорович унаследовал от прапрапрадеда.

Крестики и нолики для полковника

Но начинать нужно с другого. А именно - с бравого полковника царской армии Диодора Маслова-Беринга. Когда он еще был молодым и безусым военным, его полк был расквартирован в Митаве. Как раз в то время молодой военный сообразил, что пора искать невесту. За это дело Диодор Беринг принялся со свойственным ему своеобразием.

- Мама вспоминала, что он ухаживал сразу за нею и ее подругой, - рассказывает Ростислав Диодорович. - Девушки долго не могли понять, которая из них пришлась по сердцу молодому человеку. Наконец он открылся той, которая впоследствии стала моей мамой. Разумеется, она согласилась быть его супругой.

Но что такое жизнь военного? В 1917 году Диодора Маслова-Беринга отправили на Венгерский фронт. Здесь полегло немало русских. Однако в полном соответствии с даром Провидения полковнику суждено было выжить там, где погибали другие.

- Однажды после обстрела отец вышел проверить потери среди солдат. Вместо того чтобы пробираться окопами, он, ловкач и здоровяк, шел поверху. Немцы же были настолько озлоблены, что стреляли даже по одиночным фигурам.

Раздался грохот, и над головой Маслова-Беринга разорвалась воздушная мина. Он рухнул как подкошенный. Позже выяснится, что полковник контужен и тяжело ранен в ногу. Но в тот отчаянный миг фельдшер не стал дознаваться, отчего военный не подает признаков жизни - на очереди были десятки других раненых. На воротничке Берингу нарисовали крест. Этот крест обозначал, что тело пора отправлять на погост.

Жизнь раненому чудом спас денщик Иван Козуля (имя благодетеля до сих пор передается в семье из уст в уста). Подбежав к полковнику, он закричал: "Нет, не верю, что он может умереть! Уж больно здоровый..." Поскольку Козуля не отставал, врач неохотно заменил крест на нолик. Раненого отнесли в госпиталь.

Возвращение в Латвию

После поправки Маслов-Беринг долгое время мог ходить только на костылях. Теперь полковник был не вояка (может, оно и к лучшему, ведь началась Гражданская война, и русские уже стреляли не в немцев, а в таких же русских).

Скрываясь и работая в сибирских городках, полковник царской армии вскоре рассудил, что в маленьком государстве проще выжить, чем в большом. Так семья вернулась в Латвию, чтобы начать здесь новую жизнь.

А что Латвия? Она встречала переселенцев радостной лихорадкой. Она только обретала облик независимого государства, и ей это чрезвычайно нравилось.

- В Риге у нас жили родственники, - говорит Ростислав Диодорович, - и семья надеялась получить приют. Но даже близкие люди боялись принимать приезжих из Советской России. Нас отправляли из одного места в другое, пока отец не нанялся на фабрику и не арендовал жилье.

Вскоре в Латвию накатила волна русской иммиграции - сюда ехали писатели и актеры, журналисты и военные. Ростислав Диодорович вспоминает, что одно время отец снимал квартиру в особняке графини Медем в Елгаве. Здесь собирался русский клуб. На небольших театральных подмостках ставили сценки. У детей особый восторг вызывали маскарады.

Позже Диодор Маслов-Беринг стал хозяином киоска в столичном Задвинье. Он полагал, что настало оно - долгожданное спокойствие. В это вообще верили многие русские, обосновавшиеся в Балтии. Но настал 1940 год. И полковнику пришлось пережить арест и ссылку сына. А затем он и сам бежал на Запад, где семью окончательно раскидало. Мать и сестра Ростислава Диодоровича умерли и похоронены в Канаде. Отец доживал свои дни предводителем русского дворянства в Брюсселе. Таков был его последний выход из сложного положения, и даже в этом полковник Маслов-Беринг не ударил в грязь лицом.

Высылка в Сибирь

Ростислав Диодорович под стать отцу вырос здоровым и ловким малым. До некоторых пор свойства рода Берингов дремали в его сердце. Но очень скоро юноше пришлось испытать трудности и проверить свою наследственную способность выходить сухим из воды. Он рассказывает, что все началось 14 июня 1941 года. Это был день, когда Ростислав Диодорович последний раз видел свою мать.

- Я женился и жил отдельно от родителей. Помню, что привез рассаду помидоров и стал сажать ее под окнами, - рассказывает он. - Вдруг во дворе появились солдат с винтовкой, милиционер и штатский. "Где Масловы-Беринги?" - "Это мы". После обыска нас с беременной супругой обязали немедленно покинуть Латвию. Разрешили дождаться мать. Она прибежала, захватив с собой круг колбасы и две булки нам на дорогу. Сказала: "Ты выезжаешь, должно быть, из-за жены". В России я узнал, что мама права. Моя супруга была немкой и переписывалась с отцом, который незадолго до этих событий уехал в Берлин. Это послужило формальной причиной для высылки.

Так без вины виноватого потомка великого Беринга до Новосибирска везли в теплушке. Там ссыльных погрузили на баржу и еще 500 км сплавляли по Оби до поселка Талиновка. Тут приказали остаться.

Из шахты в школьный класс

В этих суровых местах Ростислав Диодорович пробыл долгие годы. Думаю, он даже благодарен им, потому что освоил здесь добрых две трети из своих 23 профессий. Первым делом стал резать ложки.

- Из Латвии я привез пятилатовую монету, которую кузнец обменял мне на топорик и скребки. Леса кругом достаточно, а ложки отчего-то были в дефиците. Я грубо вытесывал их топором, затем отделывал. Супруга меняла товар в деревнях на еду.

Потихоньку Ростислав Диодорович дошел до того, что своими руками достроил половину брошенной избы-пятистенка. Лес вылавливали баграми прямо из реки. Единственное, что пришлось тайком перевезти из другого поселка с брошенными домами, это косяки для дверей и оконные стекла.

Во время войны последовала мобилизация на шахты. Оттрубив два года под землей, Ростислав Диодорович подумал: "Надоело", - и выбрался на поверхность. Стал каменщиком. Потом - штукатуром. Когда приелась и эта работа, сбежал в город и устроился автослесарем и шофером. Вспоминает любимый "запорожец", который на трассе мог выдать 120 км/час: "Никто не верил, а ведь правда!"

Но самую удивительную карьеру Ростислав Диодорович сделал в качестве учителя немецкого языка, который знал в совершенстве. Спецпоселенцу непросто было устроиться на эту работу, но вскоре молодому преподавателю дали целых три ставки. А это ни много ни мало - 11-12 уроков в день.

Жена Мария Ивановна с улыбкой вспоминает, что поначалу новичок удивлял других педагогов: "Воспитание у него было не советское. Ученика, допустившего ошибки, Ростислав Диодорович отпускал со словами: "Спасибо, за ваш ответ я даю вам двойку!" Но учитель и дети нашли общий язык. В школах шахтерского города Прокопьевска Маслов-Беринг проработал в общей сложности два десятка лет. Говорит, это была его любимая профессия.

- Почему?

- Отпуск длинный, целых два месяца, - снова шутит мой собеседник.

Путешественники всегда возвращаются домой

Фотограф. Столяр. Резчик по дереву. Учитель. Но сильнее других призваний в Маслове-Беринге был дух путешественника. Когда в 1989 году ему разрешили оформить реабилитацию, полторы тысячи рублей компенсации Ростислав Диодорович потратил на билет до Монреаля.

- Тут меня встретил двоюродный брат Сергей. Вез через Канаду на своей машине, многое показал, - рассказывает путешественник. - На обратном пути в Монреале я поклонился могилам матери и сестры.

Один долг был выполнен. Не стало дело и за посещением места последнего упокоения отца: в девяностых годах Ростислав Диодорович побывал в Брюсселе. Не удивлюсь, если вскоре он засобирается покорить Данию. В этой стране у Берингов остались родственники, которые тоже носят фамилию мореплавателя. С Гретой Беринг рижский потомок командора регулярно переписывается, для чего в свои 92 года освоил компьютер.

Найти и не сдаваться!

Но сколько бы профессий и стран ни сменилось в жизни Ростислава Диодоровича, своим домом он считает Латвию. Это спокойное и достойное чувство. "Я русский", - уверенно говорит Беринг. Но вспоминает, что уже в шахтерском поселке в паспорте записал себя латышом. Почему? Потому что всегда рассчитывал вернуться. Желание исполнилось в конце восьмидесятых. И нам остается гордиться, что в Риге живет счастливый человек Ростислав Маслов-Беринг. Он умеет справляться с трудностями и всегда идти вперед. Это самое главное, что он унаследовал у Витуса Беринга - человека, умершего на пустынном берегу, но подарившего свое имя морю, острову и проливу. А старинный гвоздь от бота "Св. Петр" - это так, сувенир. Хотя тоже может служить напоминанием: "Никогда не сдавайтесь!"//Телеграф

 







Дополнительно


Copyright © 2010-2017 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.